Трудно сказать, насколько везучей считает Васильев свою спортивную карьеру, но тренерская сложилась на зависть: два года назад к олимпийскому чемпиону-84 перешли Татьяна Тотьмянина и Максим Маринин - и в том же сезоне стали чемпионами Европы. В январе нынешнего года завоевали второй высший европейский титул. А через месяц одержали свою первую победу в финале "Гран-при".

     - О том, как вы стали тренером одной из сильнейших российских пар, написано уже немало. А почему сами с Еленой Валовой решили оставить любительский спорт в 1988-м? Настолько были расстроены тем, что не сумели выиграть второе олимпийское золото в Калгари?

     - Второе место в Калгари мы не расценивали как поражение. Скорее как чудо. Накануне чемпионата Европы-88 у Лены заболела нога, ей вкололи не то лекарство, и это вызвало некроз тканей. Врачи спохватились, лишь когда выяснилось, что процесс уже достаточно запущен - перед самым чемпионатом России. Лену немедленно положили в больницу, сделали операцию, и целый месяц - с 14 декабря по 14 января - она лежала с семисантиметровой дырой в правой ноге. Психологически ей становилось все хуже и хуже. Поэтому я волевым решением забрал ее домой - под свою ответственность. И ровно за месяц до Олимпийских игр мы приступили к работе.

     Сложностей было множество. Пока Лена была в больнице, мышцы на оперированной ноге опали, и нога оказалась на пять сантиметров меньше в окружности, чем здоровая. Плюс к этому пришлось поменять ботинки и коньки, потому что именно они, как выяснилось, были причиной возникновения болей. И еле-еле успели хоть как-то со всем этим справиться.

     Поэтому олимпийское серебро стало для нас настоящим триумфом. Ну а следующего месяца оказалось достаточно, чтобы полностью войти в форму и выиграть мировой чемпионат. В том числе - у Гордеевой и Гринькова. Не случись травмы, еще неясно, как развивались бы события в Калгари.

     Но когда сезон закончился, мы поняли, что за шесть лет выступлений на высшем уровне жутко устали и что продолжать кататься не имеет никакого смысла. Тем более что мне было уже 29 лет.

     - О продолжении карьеры в профессиональном спорте вы тогда не задумывались?

     - По тем временам это было не так просто. Поэтому, отдохнув три месяца, по приглашению Игоря Бобрина пришли к нему в театр. Откатались там девять месяцев. Но, если честно, никакого удовольствия не получили. Не видели себе применения. Игорь намеревался специально для нас поставить программы, но как руководитель был настолько занят решением каких-то бесконечных проблем, что так ничего и не сделал. Поэтому мы постоянно чувствовали себя неловко: вроде как в труппе, а в то же время вроде как и нет.

     Приблизительно тогда же нас с Леной пригласили в шоу Boitano-Witt Skating. В тот момент это был наиболее серьезный и профессиональный коллектив - с большими деньгами, за которыми стояли серьезные люди. Все делалось на фантастическом уровне - музыка, костюмы, организация... Там мы выступали три года. Из советских фигуристов вместе с нами первый год катались Саша Фадеев (четырехкратный чемпион Европы и чемпион мира-85. - Прим. Е.В.) и Володя Котин (четырехкратный вице-чемпион Европы. - Прим. Е.В.). Всего - 12 спортсменов. Потом это шоу перекупили, и на его базе сделали знаменитое Stars on Ice, сохранив не только персонал, но и все идеи.

     Мы же, уйдя из труппы, дважды приняли участие в Type Тома Коллинза и один раз - в Type Майкла Розенберга. А потом Лена захотела родить ребенка.

     - Вы же развелись в самом начале 90-х.

     - В 91-м. Народ, помню, очень удивлялся. От произнесения вслух фразы "Давай разойдемся", которую первым сказал, по-моему, я, и до получения свидетельств о разводе, включая урегулирование всех прочих формальностей, прошло трое суток. Наши профессиональные отношения этот процесс тем не менее не затронул ни в какой степени.

     - Настолько сильным оказалось желание расстаться?

     - Думаю, да. А главное - обоюдным. Десять лет вместе катались, семь лет были женаты. Усталость и отрицательные эмоции накопились до такой степени, что развелись мы без каких бы то ни было скандалов и выяснения отношений.

     - Супружество партнеров сильно осложняет спортивную жизнь?

     - Не столько супружество, сколько круглосуточное пребывание в одном достаточно замкнутом пространстве и тяжелая физическая работа, которая обостряет не только положительные, но в гораздо большей степени отрицательные моменты. В результате чего сами отношения превращаются в больную мозоль.

     - Когда развелись, стало легче?

     - Однозначно. Мы до сих пор очень хорошие друзья. Лена довольно часто приезжает из Питтсбурга ко мне в Чикаго - помогать в работе. По любому поводу перезваниваемся. Все негативное, что когда-то между нами было, ушло так далеко, что об этом никто никогда не вспоминает.

     Но когда Лена сообщила мне о своих намерениях оставить фигурное катание (она была уже второй раз замужем), ничего противопоставить ее доводам я, естественно, не мог.

     - И решили уехать в Америку?

     - Даже не думал. Занимался бизнесом в Питере. Первые попытки делал еще в начале 90-х. Мы с друзьями придумали гимнастическое шоу, которое было очень успешным. Там выступали олимпийские чемпионы по спортивной гимнастике Лена Шушунова и Саша Дитятин, чемпионка мира "художница" Таня Дручинина... Но долго шоу не продержалось - Союз разваливался, и до бывших спортсменов никому не было дела.

     Потом мы создали компанию, которая экспортировала в Питер различные продукты питания из Финляндии, продавали автомобили, многое другое. С точки зрения бизнеса все развивалось замечательно. Не было только удовольствия. Поэтому я стал склонять Лену, которая к тому времени уже стала мамой, вернуться в фигурное катание. На уговоры ушел еще год, если не больше. Лена за время беременности и родов приобрела килограммов 12 лишнего веса, ей пришлось прикладывать массу усилий, чтобы привести себя в форму, и мы снова стали выступать.

     - Где?

     - В Америке. Как только прошел слух, что мы возвращаемся, нас просто засыпали предложениями. К тому же после известной истории, в которой участвовали Нэнси Керриган и Тоня Хардинг, интерес к фигурному катанию в США вырос до заоблачных высот. Были востребованы все, кто когда-либо чего-то добивался.

     Мы съездили в США, заработали хорошие, в нашем понимании, и довольно легкие деньги. Прокатались в общей сложности месяцев шесть, но потом муж Лены стал активно возражать против того, что она постоянно уезжает из Питера. И она решила распрощаться с фигурным катанием окончательно. Мне было обидно: столько сил приложил, чтобы вернуть Лену на лед, но... В общем, через три дня я вновь уехал в Америку. Было это в ноябре 95-го.

     - Ехали в никуда?

     - Не совсем. В Чикаго меня приглашали на протяжении года. Кое-какой тренерский опыт был: я немного работал во Франции, потом в Латвии. В частности, готовил к чемпионату мира Олега Шляхова, после того, как он расстался с Еленой Бережной и стал кататься с новой партнершей.

     - Рисковый вы человек...

     - Эту фразу я слышал неоднократно, пока раздумывал, соглашаться на предложение латвийской федерации или нет. Первым делом тогда позвонил Москвиной спросить совета - Тамара Николаевна консультировала Бережную и Шляхова вплоть до того момента, когда Олег пробил Лене голову коньком. Она сказала: "Ни в коем случае!"

     - Почему?

     - У Олега не совсем здоровая психика. Он бывает абсолютно неуправляем. Когда об этом помимо Москвиной меня предупредил Александр Матвеев - хореограф, который работал с ребятами, я позвонил в латвийскую федерацию и сказал, что эта работа для меня слишком сложная. В ответ услышал: "Знаем. Потому и предлагаем хорошие деньги".

     И тут я задумался: "А почему нет?" В конце концов, мне выпадает отличная возможность проверить себя. Если смогу удержать этого человека в рамках, то почти наверняка сумею работать с любым спортсменом.

     - Испытание оказалось сложным?

     - Чудовищно. Ничего более тяжелого в моей тренерской жизни по сей день не было. Работа с абсолютно непредсказуемой в поведении личностью требует стопроцентного внимания. Все шесть месяцев, что мы работали, я глаз с Олега не спускал. И за это время он не сорвался ни разу. Хотя много раз был на грани. В результате ребята полностью выполнили задачу, которая на них возлагалась на чемпионате мира. Прошли квалификацию и заняли, если не ошибаюсь, 18-е место.

     - Продолжить эту работу вам предлагали?

     - Даже не обсуждал. Шести месяцев мне хватило с лихвой. В Америке первые три года занимался с маленькими детьми. Ну а потом ко мне приехали Таня с Максимом.

     - А каким образом в США оказалась ваша бывшая партнерша?

     - Лена позвонила месяцев через шесть после моего отъезда. На жизнь не жаловалась, но заметила, что деньги тают. Как раз в то время мне предложили перебраться из Чикаго в Питтсбург, где открывался новый каток. Переезжать я не хотел, но и обижать людей отказом было неловко. Вот и предложил в качестве компромисса кандидатуру Лены. На этом катке она работает до сих пор.

     - Снова начать кататься, раз уж и вы, и Лена оказались в США, в голову не приходило?

     - Знаете, среди моих студентов - тех, кто у меня занимается, есть пара, которым под 60. На коньки они впервые встали лет в 40. И до сих пор получают от своего катания огромное удовольствие. Я же реализовал себя в спорте полностью. Кататься, наверное, смог бы - тем более что каждую тренировку на коньках провожу. Но удовольствие это вряд ли доставит.

     - Работая в Америке, вы сильно чувствуете свою зависимость от профессии?

     - Мне легче, чем многим другим тренерам, поскольку ни на кого не работаю и полностью независим. Соответственно, могу позволить себе делать то, что хочу.

     - Но зарабатывать-то на жизнь должны?

     - Безусловно. Америка - дорогая для проживания страна. Даже если не буду ни есть, ни пить, ни заливать бензин в машину, порядка двух тысяч долларов ежемесячно уходит на обязательные платы. Дом, страховка и так далее. Но это не значит, что работать я должен с раннего утра до позднего вечера.

     - Как отразилось на вашем финансовом благополучии появление среди учеников Тотьмяниной и Маринина?

     - До того как я их взял, зарабатывал больше. На большом спорте денег не заработаешь. Тренировать студентов куда легче и в несколько раз выгоднее. Но далеко не так интересно.

     - А как отнеслись дома к тому, что вы вновь начали вести кочевой образ жизни?

     - Нормально. Я же советовался, прежде чем принять решение. Кроме того, когда мы только начинали встречаться с Валентиной, я то и дело куда-то уезжал. Так что жена давно к этому привыкла.

     - Из-за неудач вы сильно расстраиваетесь?

     - Гораздо больше, чем это можно предположить по моему виду. Я ведь тренирую не из-за денег, а ради внутренней потребности. И когда что-то не складывается, становится очень больно.

Источник: http://www.sport-express.ru/art.shtml?64714